Всеволод Владимирович Крестовский Петербургские трущобы
- Хочешь еще чего-нибудь? - обратился я к ней. - Коли хочешь, так скажи, я закажу тебе.
- Битка хочу, - отрывисто и не глядя на меня ответил ребенок.
Пока там готовили биток, я захотел поближе рассмотреть этого дикого зверька.
- Как тебя зовут? - спросил я, к новому ее удивлению, лишь бы завязать разговор.
- Зовут? - повторила она. - Крысой зовут.
- Нет, это, стало быть, тебя только дразнят Крысой, а имя… Есть же у тебя имя какое?
- Имя - имя есть.
- Какое ж?
- Да Крыса же, говорят тебе.
Очевидно, она даже не знала своего имени или, быть может, с детства забыла его.
- А мать у тебя есть? - продолжал я.
- Как это мать?.. Какая мать.
- Ну, как обыкновенно бывает.
Крыса поглядела на меня пристальным и совсем недоумелым взглядом. Ей казался диким и странным этот естественный вопрос, потому что доселе едва ли ей кто предлагал его.
- Может, есть… Не знаю… не слыхала, - задумчиво проговорила она после некоторого размышления.
Но в то же время, показалось мне, будто в этом лице появилось что-то тихо-грустное, задумчиво-тоскливое, одним словом, что-то человеческое; как будто слово "мать", показавшееся ей сначала диким, инстинктивно хватило ее за какую-то чуткую струнку души и пробудило минутный оттенок нового сознания: словно бы ей стало жалко и больно, что она никогда не знала своей матери, не знала, что такое мать.
- А сколько тебе лет-то? - спросил я.
- Да кто ж его знает, сколько?! Разве я считала! - вырвалось у нее с нервно-досадливым раздражением. - Чего ты пристал ко мне?.. Эка, чертомелит, леший!
Вероятно, среди охватившего ее нового чувства и сознания, ее болезненно раздражил этот вопрос, естественно соединявшийся с мыслью о прожитых годах, о начале ее существования, о дне рождения и, стало быть, опять-таки о матери - и ни о том, ни о другом, ни о третьем она не имела понятия. Казалось, Крыса была бы рада, если бы что-нибудь постороннее, хоть бы новый вопрос в другом тоне, отвлекло ее от этого чувства и мысли.
0uqkjdy
В компании «Евросеть» создана идеальная система для жалобщиков. Освобождение британских моряков не мешает процессу обогащения урана. Инфляция залезла в карман ЖКХ. Спрос на обязательства США сохраняется. Содружество шагает не в ногу. Виктора Садовничего может сменить Андрей Фурсенко.
Много водки из ничего. Россия нужна миру для мира.